Дни.Ру

Борис Акунин на днях выпустил новый роман – "Пелагия и красный петух". Монахиня Пелагия теперь отправляется в странствие по Палестине - а потом по еще более интересным областям. Как стало известно, съемки фильма "Статский советник" по роману Акунина так и не начались по вине Олега Меньшикова, который неожиданно отказался быть режиссером.

Многие считают, что "Пелагея и красный петух" - это лучшая книга Акунина за последние несколько лет: легкая, умная, захватывающая, с неожиданным и лихим финалом. И в то же время с налетом печали - автор прощается со своей героиней... Об этом Акунин рассказал корреспонденту "Комсомольской правды". - "Красный петух" - последняя книга из цикла о приключениях монахини Пелагии. Вам не жаль расставаться с героиней? #{related}- Жаль. Но лучше сделать это, пока и читателям жаль с ней расставаться. - Кажется, читатель так и не услышит подробного рассказа о прошлом Пелагии. Не могли бы вы рассказать о нем сейчас? - Детали мне неизвестны, но по обрывкам фраз и мыслей Пелагии можно предположить, что смерть разлучила ее с человеком, которого она очень любила. Редко, но бывает такая любовь, про которую знаешь, что замену ей не найти. Разве что избрать себе в суженые Жениха Небесного, что, собственно, и делают монахини. - "Красный петух" оставляет ощущение доброй, умной и светлой сказки. Но это и самая жестокая ваша книга: в ней не счесть выколотых глаз, отрубленных голов. Откуда столько садизма? - Садизм - когда мучаешь кого-то и получаешь от этого удовольствие. У моих жестоких сцен подоплека иная. Мне нужно, чтобы читателю было жалко персонажей, которых убивают. Чтобы читатель вздрагивал от ужаса и сострадания, когда льется кровь. В кино того же эффекта можно достичь менее сильными средствами. В моем распоряжении очень скудный арсенал, только 33 буквы алфавита. Да и не так уж много у меня в "Петухе" страшного для 600-страничного криминального романа. - Судя по всему, серию об Эрасте Фандорине вы тоже скоро закончите, ведь должно быть 12 книг. О ком вы будете писать потом (если не считать серии о Николасе Фандорине)? - У меня есть в запасе еще несколько проектов, которыми интересно будет заняться. - Вы говорили, что если книга у вас не получается, вы отправите ее в корзину, но не выпустите в свет неудачной. Были ли такие случаи? - Был один - с "Любовницей Смерти". Дал рукописи год отлежаться, переделал, и все равно получилось не очень… - А что происходит со "Статским советником"? Говорят, что Меньшиков уже не будет режиссером этого фильма и не будет играть Фандорина. - Играть будет, снимать не будет. Так он захотел сам - ему виднее. Когда, не знаю. В мире кино проекты вырастают и съеживаются с невероятной легкостью. Я уже привык и не вздрагиваю. То все вокруг бегают, дергают за рукав и торопят, то вдруг с топотом убежали в другом направлении. Ты пожал плечами, идешь себе дальше - вдруг снова приближающийся топот. "Скорей! Есть деньги! Съемки через пять минут!" У киношников свой ритм жизни, у меня - свой. - А как идет подготовка к съемкам фильмов "Турецкий гамбит" и "Пелагия"? Об этих проектах тоже ни слуху ни духу с октября. - С "Гамбитом" что-то происходит. Режиссер Джаник Файзиев дорабатывает сценарий, занимается кастингом. С "Пелагией" у меня пока ясности нет. Должен на днях встретиться с Евгением Киселевым. Полагаю, что после этого смогу ответить более внятно. Корреспонденты "КП" связались со студией "Три Тэ", чтобы узнать, как идут съемки картины, в которой должен был быть задействован Олег Меньшиков. Оказалось, пока никак. Из компетентных источников им сообщили, что Меньшиков действительно в свое время согласился стать режиссером фильма "Статский советник" и исполнить главную роль. Но к работе приступать не спешил. #{vote}Прошел год, а известный и очень занятой артист так и не взялся за столь масштабную постановку. Некоторые даже считают, что сделал он это не из-за нехватки времени, а из некоторой боязни: слишком уж ощутимым был бы урон его имиджу в случае неудачи. В результате у Меньшикова состоялся разговор с руководством студии, и он предложил решение: режиссера назначают другого, а он готов исполнить любую роль, которую этот режиссер ему предложит. Кандидатура постановщика еще не утверждена: ясно только, что это не Михалков, который сейчас занят своим проектом. Говорят, что рассматривается кандидатура Хотиненко. Но в любом случае этот фильм мы увидим еще не скоро...

Добавим, что мнения критиков, мягко говоря, разделились, причем тех, кто охаивает эту книгу, как-то заметно слышнее.

Охаивают что? Новую "Пелагию" или "Советника"?

Ругают «Пелагию и Красный Петух» (хотя, возможно, это поспешные и наименее ответственные рецензии)
Семен Кваша Газета.ру
…слабоватая интрига сочетается с мерзкими подробностями, жонглированием реалиями «того времени» и современными (в каждом водевиле полагается современная политическая шутка с подмигиванием) и длиннейшими занудными нравоучениями.
Лев Данилкин Афиша.ру
Третий, последний роман из проекта «Провинциальный детектив» местами боек, местами рыхл и вязок; вещь неровная и не к месту раздутая до двух томов. Стиль — лишаистый псевдолесковский сусальный говорок. Материал обработан грубовато, много лишней информации.
А.ГАРРОС, А.ЕВДОКИМОВ Час (Латвийская газета)
Детективная интрига … в «Красном петухе» номинальна, формальна и топорна. Действие более всего напоминает абсолютно линейную компьютерную игру, где герои механически переходят с уровня на уровень, меняются лишь фон да крутизна монстров.(…)С «монстрами», сиречь оппонентами-антигероями - совсем беда: опереточный компот-комплот из набивших оскомину государственных заговорщиков, безжалостных суперкиллеров и вообще каких-то зловещих гомосеков... (…)Логики - почти ноль, нелепостей - преогромное количество, о (не)соблюдении же законов психологических речи нет вовсе
Лиза Новикова (Коммерсант)
Новый роман "Пелагия и красный петух" – своеобразное обобщение всех достижений жанра "акунинский детектив". (…) Ссылки на классическую литературу и намеки на современность складываются в своеобразную мозаику. Чрезмерную пестроту повествования призвано уравновесить единообразие стиля. (…) Когда героя Священного Писания судьба заносит на страницы детектива, он смотрится там кем-то вроде трогательного, смешного инопланетянина из спилберговского фильма. (…)Борис Акунин не только посерьезничал за всех, но и поработал над перспективами дамского детектива. Это только сначала кажется, что монахиня Пелагия теряется в кутерьме событий "Красного петуха" – на самом деле в отсутствие собственно детективной интриги ее судьба выдвигается на первый план. Этот экуменический детектив даже не столько о поиске веры, сколько о поиске жениха для главной героини.
Романа Волбуев, Известия
Акунин сегодня остается ровно тем, кем был всю дорогу: блестящим литературным технологом - отменно умеющим тюкать, как молоточком, по тем специфическим центрам удовольствия, какие имеются в головах у начитанных людей. (…) "Красный петух" - возможно, лучший из романов "провинциального" цикла, которому (в отличие от тех же спаренных "Любовников") большой объем идет на пользу, а самые вкусные и приятные из акунинских штампов представлены как на сборнике all the best - в улучшенном и перемиксованном виде.
Ведомости
"Пелагией и красным петухом" Борис Акунин не только в очередной раз завоевал широкого читателя (в первую неделю было продано 60 000 книг) , но и в значительной степени реабилитировал себя в глазах старых поклонников. (…)Своим новым романом Чхартишвили как бы признает: несмотря на высокие тиражи и всенародную любовь, что-то не так в его литературном проекте. Жанр исчерпывает себя, и, вместо того чтобы и дальше штамповать любимый народом верняк, Акунин погружается в лабиринт Особых Пещер, рискуя, как и его герои, не найти выхода. То, что Чхартишвили готов рисковать, не только внушает уважение - это вселяет надежду, что один из будущих романов Акунина не просто окажется очередным бестселлером, но и вернет нам чувство открытия, которое сопровождало чтение "Азазеля", "Смерти Ахиллеса" и "Коронации".

Цитаты из подборки, собранной на www.fandorin.ru (
:love :D )

Ну, по-моему, цикл о Фандорине вообще сюжетно более удачен, чем цикл о Пелагии. В нем (фандоринском цикле) получаешь удовольствие и от постмодернисткой игры Акунина с шаблонами массовой и классической литературы 19 века и собственно от сюжетной коллизии. В Пелагии же - только от забавных стилизованных деталек. Впрочем, я Петуха еще не читала.

Да, мне фандоринский цикл тоже больше нравится.
Главным образом потому что он больше... :D

:) :) :) :) :) :)
Угу.

Вот в старенькой Учительской газете откопала рецензию, сравнивающую Фандорина-фильм и спектакль в РАМТе (в топике "Театралам и театралам" о нем говорили, кажется).

"Раз Фандорин, два Фандорин

Растоманы и эрастоманы – это не одно и то же. Первые живут где-то в районе далекой Ямайки, днями и ночами слушают музыку рэгги, пьют ром, занимаются активным ничегонеделанием и ведут по нашим с вами среднестатическим представлениям жизнь беспутную и, в общем-то, никчемную. Другое дело – эрастоманы. Их существование наполнено глубочайшим смыслом: найти, прочитать и придумать собственный финал очередного романа о приключениях своего любимого и единственного, непревзойденного сыщика Эраста Петровича Фандорина, подаренного человечеству писателем Борисом Акуниным.

Минувшей весной человечеству был сделан еще один подарок: Александр Адабашьян снял фильм «Азазель». А вскоре юный и трепетный Эраст Петрович появился на театральных подмостках: очередную жизнь акунинской прозе преподнес Алексей Бородин, художественный руководитель и режиссер Российского академического молодежного театра. Его спектакль, открывший недавно очередной, 82-й сезон этого московского театра, так и называется – «Эраст Фандорин». Название превращается в своеобразную приманку, ловушку, в которую наверняка попадутся зрители всех мастей и видов – и те, кому этот сыщик XIX столетия дорог как сын родной, и те, кто просто не может пропустить события, от которого хоть чуть-чуть да попахивает «ультра-модой». И раз уж и фильму, и спектаклю суждено было появиться практически одновременно, то вольных или невольных сравнений друг с другом им не избежать.
Роднит, к примеру, то, что и сценарий, и пьеса были написаны самим Борисом Акуниным, так что легендарный шик, которым пропитаны все его книги, остался в целости и сохранности.
На этом, однако, любое сходство заканчивается и начинаются сплошные различия и парадоксы.
То, что позволено Юпитеру, не позволено быку, то, что под силу кинематографу, театру не осилить – истина всем известная. Но в детективной истории, где весь сюжет, вся интрига строятся на нескончаемой смене планов, сцен, мест и пейзажей, смириться с этим невозможно. В РАМТе из положения вышли виртуозно: декорации, причем не условные, а самые настоящие классико-академические, меняются постоянно, но это – динамичная и естественная часть самого действия, без которой и сам Фандорин был бы не Фандорин. Даже речные мостки, с которых в один из самых душераздирающих моментов скидывают в «реку» главного героя, и те получились как настоящие. «Реку» – и ту изобразили: но «воскресший» Эраст Петрович похож не на бравого сыщика, а, как и положено по сюжету, на мокрую курицу. Отдельный разговор – спецэффекты – взрывы и стрельба, которыми «Эраст Фандорин» напичкан, как мастерская пиретехника. Руководству театра хорошо было бы уже при входе в зрительный зал вешать объявления, мол, уважаемая публика, не пугайтесь, первый выстрел раздастся через две минуты после начала спектакля, второй – через двадцать две, а уж второй акт вы точно проведете как на военном полигоне в момент учений. С театром разобрались – вернемся к фильму. Он в плане скорости действия, увы, подкачал. И тут, конечно, декорации, причем роскошные меняются, да и во взрывах недостатка нет, но и ощущение сонного царства зрителя не покидает. Все так плавно и неспешно, никто никуда не спешит, будто мы не в приключенческую историю, а в дом престарелых попали.
Если продолжить сравнение спектакля и фильма, то и неискушенному зрителю бросится в глаза очередной, самый грустный и в то же время удивительный парадокс: в картине «Азазель» подобралась блестящая артистическая компания, играющая не просто безупречно – виртуозно. Марина Неелова – благородная злодейка леди Эстер – вызывает умиление и страстное желание посвятить всю свою оставшуюся жизнь «главнейшей из наук – педагогике». За Сергея Безрукова в роли блистательного Бриллинга хочется тут же выйти замуж, а с Сергеем Чонишвили – графом Зуровым – тут же выпить чего-нибудь покрепче компота. Много споров вызвали Эва Шикульска – Амалия Бежецкая – и Илья Носков – сам Эраст Петрович, но если сделать скидку-другую на ее характерность и его молодость, то и они смотрятся очень даже ничего. Не придерешься и к «звездному» оператору Павлу Лебешеву, много лет работающему с Никитой Михалковым и снявшему в числе всего прочего «Сибирского цирюльника». Да и режиссера Александра Адабашьяна не назовешь последним человеком в нашем кинематографе. Итак, компания восхитительна, работает «на полную катушку», а фильм – так себе, ничего особенного, не караул и не катастрофа, но чего-то ему явно не хватает. Жизни, ритма, глубины, того, что принято называть перцем или изюминкой. Артисты играют бесподобно, но каждый вроде сам по себе, будто на собственном бенефисе или творческом вечере. «Азазелю» не хватает духа братства, ощущения команды, делающей одно дело.
В театре – другая картина. Артисты, от которых в других спектаклях РАМТа глаз не оторвать, играют ни шатко, ни валко, вполсилы, как на очередной репетиции, где не принято выкладываться. Бриллинг – Евгений Редько, кстати, звезда и одна из главных гордостей театра – не вызывает доверия с самого начала. Он мрачен и необаятелен – типичный злодей, от такого добра не жди. Леди Эстер – Нина Дворжецкая – пафосна и нравоучительна, ей почему-то тоже верить особо не хочется. Амалия Бежецкая – Наталья Чернявская – которую сам автор характеризует как «Клеопатру» и «вечную тайну, загадку», навевает скуку, тоску и мучительную зевоту. Разгаданная какая-то загадка, Клеопатра, побитая молью. Фандорин – Петр Красилин – в общем-то ничего, к нему придираться нельзя: у каждого свой образ Эраста Петровича, артист не виноват, что чьим-то представлениям не соответствует. Одно утешение – граф Зуров – Илья Исаев, который словно несет на своих плечах все действие. С таким зрителю не то что выпить хочется, сам бы ему на плечи сел, авось, куда-нибудь да вынесет…
Вот она, обратная сторона медали – артисты особо не стараются, не перенапрягаются, а спектакль хороший. Настоящий. Стоящий. Пахнет настоящим театром, без ненужной, за уши притянутой иронии и надоевшего минимализма. Все как когда-то, в старом театре, не изведавшем перемен далеко не всегда уместного модернизма. Такой настоящий, что и в зрительном зале хочется видеть мерцание лорнетов и обнаженные дамские плечи".

Анна Хрусталева.

:)

Что ж, собственный взгляд журналистки, достаточно занятный..

А вы смотрели этот спектакль?

Да, и спектакль мне понравился больше, чем фильм.

Если Вас интересует моя оценка, то ( можно я буду ленивым? ;) Спасибо! ) она помещена в "Театралам и театралкам", к которым я, кстати, не отношусь.