У меня не было интернета полтора дня, причем он закончился именно в тот момент, когда я хотела продолжить свой ответ Александру по поводу оперы
Я все-таки размещю этот позавчарашний пост, потому что, по сути дела, дискуссия за полтора дня не ушла далеко
))
Короче,
Я не музыковед, поэтому даже если бы мне и хотелось, не смогу с этой точки зрения поговорить о Верди
Но я знаю, что музыкальная драма Отелло и последняя опера Верди – Фальстаф, были написаны в тот период, когда Верди находился под влиянием новаторских идей Вагнера (при том, что долгое время Верди был его антиподом). Именно поэтому Отелло и Фальстаф контрастируют с остальным творчеством Верди – и музыкально, и идеологически (но это не значит, что они хуже!). Это сквозные оперы, в которых не существует привычного деления на арии, дуэты, ансамбли и так далее – если говорить очень грубо. На смену им приходят монологи и диалоги, средствами сквозного развития становятся лейтмотивы и реминисценции (повторы). Музыка представляет собой единую ткань. Не правильно думать, что эти оперы – сплошной речитатив, просто песенные фрагменты не складываются в большие построения (читай: песни или арии). Безусловно, от композитора, который использовал лишь элементы сквозного действия в своем творчестве, с трудом ожидаешь музыкальную драму. Вернемся к Эндрю. Иисус – с точки зрения формы – номерная опера. Музыка там не очень работает на драматургию, номера между собой не спаяны. Сравнивать Женщину и JCS поэтому, наверное, так же некорректно, как сравнивать Травиату и Отелло.
Почему Ллойд-Уэббер отказался от песенной формы – вот вопрос. Наверное (это очень субъективное мнение), одной из причин может быть следующая.
Музыкальный театр – изначально – очень живо реагировал на появления новых музыкальных инструментов и новых музыкальных стилей. Все самое модное и актуальное композиторы тащили в театр, как итог - хиты из музыкальных комедий быстро становились популярными песнями. Мне кажется, что теперешних композиторов очень условно можно поделить на две группы: сочиняющих в традициях музыкального театра (американского или европейского), или использующие актуальный язык – современную поп и рок-музыку. Ллойд-Уэббер до своего увлечения стилизацией начинал как композитор второго типа. Христос был написан на музыкальном языке поп и рок-культуры 70-х, которую композитор, в силу своей молодости и природной одаренности, очень хорошо чувствовал. Самое удивительное свойство мелодий JCS – вневременной характер. Поменяйте аранжировку на более актуальную – и музыка будет вполне звучать в духе времени. Но такое произведение у Ллойд-Уэббера одно. Он уже давно не может догнать современную поп-культуру. Максимум, что он может сделать – это пытаться писать в духе рок- (а не сочинять рок) или поп-музыки (то есть, поп-балладу он сочинить может, но это будет как-бы баллада) На мой слух, его произведениям на современные актуальные сюжеты не хватает именно современного музыкального языка. Музыка получается какая-то... усредненная. Я думаю, что он это понял, и решил продолжить эксперименты в области музыкального театра как музыкального стиля и музыкальной драмы как формы.
Я согласна с вами, Александр, что после Сансета он не написал ничего исключительного. Я сейчас не говорю о сюжетах или проблематике последних шоу, я говорю только о музыкальной стороне.
Женщина – это попытка написать музыкальную драму, основанную на свозном действии. Но опера сквозного действия не подразумевает полноценной песенной формы – это могут быть довольно развернутые темы, но не песни – я уже об этом говорила. От Ллойд-Уэббера привыкли ждать песен (хитов). Именно поэтому может сложиться впечатление, что его только и хватило на то, чтобы сочинить разрозненные кусочки и попытаться создать из них сложное музыкальное полотно. И тут, мне кажется, ему могло элементарно не хватить образования (ЭЛУ, в отличие от СС, не может похвастаться фундаментальным музыкальным образованием, тем более, в области современной классической музыки. Он композитор интуитивного плана. Но интуиция музыкальная образование заменить не может.). Поэтому Женщина оказалась между двух стульев – и не пиршество мелодий, и не апофеоз изобретательности.
А дальше – любить это произведение или нет — это уже вопрос вкуса. Меня Женщина зацепила, но, честно говоря, я до сих пор не разобралась чем – музыкой или исполнением... Скорее, все-таки, вторым.