Мюзикл Звезда и смерть Хоакина Мурьеты — Мюзиклы
МЫ ЗНАЕМ О МЮЗИКЛАХ ВСЕ!

Андрей Объедкин

Звезда и смерть Хоакина Мурьеты

1976

музыка Алексей Рыбников

либретто Павел Грушко по мотивам драматической кантаты П. Неруды

Подобно многим героям народных преданий, легендарный разбойник эпохи золотой лихорадки в Калифорнии Хоакин Мурьета вряд ли существовал в действительности. Джозеф Доктор (Joseph E. Doctor) в своей книге «Shotguns on Sunday» (1958) отмечает: «Уровень влияния прессы на общественное сознание прекрасно иллюстрируется примером Хоакина Мурьеты. Вполне возможно, что этот desperado не существовал вообще, а был порожден фантазией образованного индейца-чероки, но постепенно вымысел вытеснил правду».

Тем не менее, библиография книг о Хоакине насчитывает десятки наименований — правда, перечислять их здесь не имеет особого смысла: во-первых, они все повторяют друг друга, а во-вторых, ни одна из них на русский язык не переводилась. Первым, кто обратил внимание на образ Хоакина Мурьеты, был американский журналист Джон Роллин Ридж (John Rollin Ridge). В 1854 году под своим индейским именем «Желтая птица» он опубликовал повесть «The Life and Adventures of Joaquin Murieta, the Celebrated California Bandit». Впоследствии почти все, кто писал о Хоакине, обращались именно к этому источнику. В настоящее время из 7 000 экземпляров первого издания сохранились только одна или две книги. Недавно издательство Оклахомского университета предприняло репринтное переиздание этого сочинения.

На образ Хоакина Мурьеты рано обратил внимание кинематограф. Еще в 1919 году «человек, который придумал Голливуд», один из самых первых и влиятельных мастеров американского кино, Дэвид Гриффит (David W. Griffith) снял по мотивам биографии Мурьеты свой единственный вестерн «Scarlet Days». Этот немой фильм утерян, сохранились лишь единичные кадры из него. Известно только то, что он был посвящен Хоакину (переименованному в сценарии в «Альвареса») и снимался исключительно в павильоне, так как Гриффит не любил натурных съемок. Отпечатки с сохранившихся кадров можно увидеть в Royal Hotel в Джеймстауне, Калифорния.

В 1936 году был сделан новый фильм о Мурьете с Уорнером Бакстером (Warner Baxter) в главной роли. Основой фильма стала книга Уолтера Ноубла Бёрнса (Walter Noble Burns) «The Robin Hood of El Dorado.The Saga of Joaquin Murrieta, famous outlaw of California’s Age of Gold», написанная им в 1932 году. В этом сочинении автор не только пересказал саму легенду о Хоакине, но и суммировал все, что было написано о знаменитом разбойнике ранее. Фильм с Бакстером и книга Бёрнса сделали очень много для пропаганды Хоакина, создания образа народного героя, своеобразного Зорро золотой лихорадки.

Следует также упомянуть картины 1938 и 1965 годов. Наконец, в 1969 году компания «ХХ Cеntury Fox» сделала последний (и первый цветной) фильм о Хоакине — «Joaquin Murieta... a legend written in blood!». Главную роль в нем сыграл Рикардо Монтальбан (Ricardo Montalban). Этот фильм в том же году был выпущен в телеверсии под названием «The Desperate Mission».

В 1967 году о Хоакине вспомнил чилийский поэт Пабло Неруда (Pablo Neruda). Несколько видоизменив легенду, он написал единственное произведение об этом герое, известное российскому читателю — драматическую кантату «Сияние и смерть Хоакина Мурьеты, чилийского разбойника, убитого в Калифорнии 23 июля 1853 года» («Fulgor y muerte de Joaqu?n Murieta: Bandido chileno injusticiado en California el 23 julio 1853»). В 1971 году в журнале «Иностранная литература» опубликовали перевод кантаты, выполненный Павлом Грушко. С этого момента начинается история рок-оперы «Звезда и смерть Хоакина Мурьеты».

ЦК ВЛКСМ давно рекомендовал скандальному режиссеру Марку Захарову поставить идейно броский, боевой спектакль. Ситуация в Чили — военный переворот Пиночета и смерть Неруды — способствовали тому, что Захаров выбрал для постановки именно произведение этого поэта. Он обратился к переводчику с просьбой «приноровить как-нибудь „нерудовские верлибры, красивые, но не наши какие-то“ к родному менталитету». В процессе «приноравливания» кантата претерпела существенные изменения.

Павел Моисеевич писал об этом: «В романтической нерудовской кантате мужской и женский хоры лишь рассказывают о Мурьете и его несчастной Тересе, сами же они, во плоти, на сцене не появляются, а драматический театр так устроен, что не может о чем-то рассказывать, это не лекторий — зритель желает увидеть героев на сцене... Так в моей пьесе-либретто и появились вживе Хоакин Мурьета с Тересой (и все, что они поют) и Смерть с ее гнусными наставлениями — этот персонаж я извлек из одного только слова „Смерть“ в названии кантаты, точно так же как и „Звезду“, ставшую надмирной ипостасью Тересы..».

К написанию музыки, по рекомендации известного поэта Юрия Энтина, был привлечен преподаватель Московской консерватории Алексей Рыбников. «За несколько лет до того вышел „Иисус Христос — суперзвезда“ и в воздухе носилась идея сделать в России свою рок-оперу. Марк Захаров, который всегда внимательно следил за тенденциями моды, решил, что и в „Ленкоме“ нужно думать о таком спектакле», говорит Алексей Львович «Сюжетная линия показалась мне очень интересной — благородство основной идеи, динамичность действия, разнообразие характеров и ситуаций — все это создавало богатую основу для музыкального творчества. Я решил делать „Звезду и смерть...“ как симфо-рок, сочетание большой симфонической формы и рок-ритмов. Прежде чем спектакль был поставлен в театре, я для себя записал и смонтировал ее примерно в том варианте, который был выпущен на фирме „Мелодия“. Главные партии спели Геннадий Трофимов и Жанна Рождественская».

В мае 1976 года состоялась премьера спектакля театра имени Ленинского Комсомола. По поводу получения спектаклем разрешения на публичное исполнение Алексей Рыбников вспоминал: «Явочным порядком поставили в известность управление культуры: приходите смотреть, мы поставили политический спектакль по Пабло Неруде, посвященный революции в Чили. Придя на „комсомольский“ спектакль, бюрократы увидели безобразие, совершенно не вписывающееся ни в какие рамки начала 76-го года: полуголые девицы скачут под ритмы рока... Запретили сразу же. Им предложили: давайте повесим над сценой большой портрет Пабло Неруды, прочитаем политические стихи... Со всех сторон начали обкладывать их такими „подушками“ и „стелить соломку“. Спектакль калечили и калечили, но так, чтобы основной накал оставался. Одиннадцать раз „это“ не принималось. Наконец, было получено разрешение сыграть премьеру».

Главные роли исполнили Александр Абдулов (Хоакин), Любовь Матюшина (Тереса) и Николай Караченцов (Смерть/Глава Рейнджеров). При оформлении постановки использовались средства самых различных видов искусства. Так, парусный корабль был создан из большого полотнища, выполнявшего одновременно роль и декорации, и экрана, на который проецировали слайды гравюр основоположника мексиканской графики Хосе Гваделупе Посада (Jos? Guadalupe Posada) и различные фотодокументы.

Спектакль пользовался сумасшедшим успехом. Газета «Ленинская смена» писала: «Для композитора предстало очень широкое поле деятельности: чилийский и американский фольклор, темы любви к родине, к любимому человеку, лейтмотив Мечты и Смерти. Олицетворение Зла имеет свою музыкальную характеристику, но, к сожалению, эта тема, основанная на острых, интересных ритмах в аккомпанементе, в вокальной партии развивается незначительно, преимущественно речитативно. Светлая, прозрачная инструментовка, звучание флейты и акустической гитары, характерное для показа чилийской музыки, резко противопоставляется в спектакле шумному американскому стилю кантри. Здесь в первую очередь — банджо, фортепьяно, ударные с бубном, выходящий на авансцену солирующий квартет медных. И если в первом случае содержание, как правило, обращено внутрь, к человеческим чувствам, как нечто сокровенное (обращение Хоакина к далекой Родине, колыбельная Тересы), то во втором музыка и пение точно подкрепляются режиссером картинами американского образа жизни, сыгранного сатирично».

За семнадцать сезонов только на маленькой «ленкомовской» сцене спектакль был сыгран 1 050 раз, не считая многочисленных гастролей и выступлений на огромных стадионах.

В 1983 году режиссером Владимиром Грамматиковым был поставлен полнометражный фильм с Андреем Харитоновым, Аленой Беляк и Александром Филиппенко в главных ролях. Таким образом, «Звезда и смерть Хоакина Мурьеты» является первым русским мюзиклом, получившим воплощение во всех трех формах, принятых в мировой практике: сначала был выпущен альбом, затем поставлен спектакль, и, наконец, снят кинофильм.

Народная легенда о самом известном калифорнийском разбойнике гласит, что Хоакин Мурьета родился в 1830 году в местности Сонора, что в Мексике. (Это наиболее спорный факт его биографии — если верить другим вариантам легенды, то Хоакин был чилийцем, но представлялся мексиканцем, так как янки относились к выходцам из Мексики более лояльно, чем к выходцам из других частей Латинской Америки).

На волне «золотой лихорадки» Хоакин приезжает в 1850 году в Калифорнию. Воспоминания о характере Мурьеты противоречивы. Одни говорят, что он был злой и кровожадный человек, прирожденный вор. Другие описывают его как человека щедрого и благородного, располагающего к себе всех, с кем он встречался. Девушка, выдававшая себя за кузину Мурьеты, писала о нем: «Для мексиканцев он был освободителем, последней надеждой вырвать Калифорнию из рук гринго, истинным El Patrio (патриотом)». Рассказывают, что на преступный путь Хоакин встал после несчастья со своими близкими, виной которому были американские рейнджеры. На его глазах его подруга Росита была избита и изнасилована. Родной брат Хоакина (по некоторым сведениям, брат-близнец) был повешен за преступление, которого не совершал, ( ему приписали конокрадство).Сам Мурьетанеоднократно избивался. Хоакин поклялся мстить янки, сказав, что дальнейшая его жизнь «будет обильно полита кровью». Мурьета собрал банду головорезов, самым отъявленным из которых был Мануэль Гарсиа, больше известный под именем Джека Трехпалого (Three-fingered Jack). Мануэльбыл хорошо известен в Калифорнии как один из самых жестоких убийц и грабителей. Особенно он ненавидел китайских иммигрантов; на совестиГарсиа были многочисленные убийства китайских старателей вокруге Калаверас. Именно благодаря Гарсиа, львиная доля жертв банды Хоакина были китайцами, а сам Хоакин приобрел репутацию борца с иноземцами.

Вообще, в Калифорнии того времени действовало множество банд. Пять из них возглавляли Хоакины. Хоакин Карильо, Хоакин Валенсуэла, Хоакин Мурьета, Хоакин Окоморения и Хоакин Ботелльер. «Пять Хоакинов» были самой желанной добычей для «охотников за головами». Редактор газеты «Alta Californiа» писал по этому поводу: «После убийства генерала Бина в миссии Сан-Габриэль, Хоакинов тесно связали со всеми преступлениями в округе и многие хотели их поймать, но им всегда удавалось избежать пленения. Каждое убийство, каждое ограбление теперь приписывалось Хоакинам. Иногда это был Хоакин Карильо, иногда Хоакин Мурьета, временами это был еще какой-нибудь Хоакин. Но преступник всегда носил это имя.»

Дискриминация иностранцев в Калифорнии во время «золотой лихорадки» достигла невероятных размеров. Дни легкой — поверхностной — добычи золота закончились, и старатели нанимались в шахты для глубинной добычи. Для защиты интересов своих граждан, власти США обложили иностранных шахтеров огромным налогом. Негодование среди иммигрантов росло вместе с числом сочувствующих «Хоакинам». Особенно народу нравился Мурьета — красивый парень, которого до преступлений довели личное горе и социальная несправедливость. Мурьета был верен своим бандитам, щедро делился с ними награбленным, великодушно давал деньги беднякам. Кроме того, его «подвиги» были сильно разукрашены газетчиками и писателями, создавшими из него «Призрака Соноры». «В душе этого кровожадного злодея, кажется, не осталось никакого милосердия», писал редактор cтоктонской газеты «San Joaquin Republican» в номере от 2 марта 1853 года, «Он едет через поселения, вырезая слабых и незащищенных, как будто им овладела мания убийства. Такой смелый и безрассудный, он уничтожает китайцев десятками, уверенный в целесообразности своих действий и в собственной неуязвимости, разрушая планы сотен таких же, как он иммигрантов». Редактор газеты был настолько раздражен, что предложил выселить всех мексиканцев из Калифорнии. «Сильные болезни требуют сильных средств», писал он.

Газеты были полны рассказами о том, как мексиканская диаспора помогает Хоакину, укрывая его от преследователей и снабжая его продовольствием и информацией, в обмен на долю в добыче. Хоакин награбил несметные богатства, рассказывает легенда. Ее поддерживает современный автор Томас Пенфилд. В своей книге «A Guide to Treasure in Californiа» он указал на дюжину мест, в которых, по его мнению, зарыто награбленное Мурьетой. Он рассказал о старом доме в округе Туломне, где была местная «штаб-квартира». Мурьеты, и в котором якобы запрятано огромное богатство. Поиски в этом доме ничего не дали.

Если верить калифорнийским газетам времен «золотой лихорадки», то во всем штате не было ни одного отеля, в котором бы Хоакин не останавливался, ни одного бара, в котором бы он не пропустил кружечку пива, все города от Грасс Вэлли до Марипосы были хотя бы единожды ограблены Хоакином, а количество украденных им лошадей и убитых содержателей публичных домов не подавалось подсчету. Историк Джей Ди Мэйсон писал в 1881 году: «Попросите дюжину уроженцев Калавераса рассказать о Мурьете, и, как минимум, шестеро похвастаются, что их предки были лично знакомы с Хоакином или стали его жертвами».

Везло не только Хоакину, но и его преследователям. Двое из его бандитов были застрелены, одного захватили и повесили без единого выстрела. Один из преследователей утверждал, что подстрелил лошадь под Хоакином и ранил его в щеку. Но никто не мог достоверно доказать, что это была одна и та же банда, один и тот же Хоакин. Терпение руководства штата кончилось 11 мая 1853 года. В этот день губернатор Джон Биглер подписал акт о «Пяти Хоакинах».. Каждому, кто поймает бандита по имени Хоакин или докажет его смерть обещалось вознаграждение в 1000 долларов. В ходе охоты, в разной форме пострадали почти все жители Калифорнии, носившие злосчастное имя. Судьба не уберегла от расправы даже судью Хоакина Карильо (его спутали с полным тезкой — бандитом). Одним из охотников на Хоакина был бывший капитан рейнджеров Гарри Лав. Весь июнь и большую часть июля Лав и его люди патрулировали долину Сан-Хоакин безрезультатно. Итогом их бесплодных выездов были несколько пойманных конокрадов, но ни один из них не относил себя к банде какого-нибудь Хоакина. Однажды, патрулируя местность, капитан Лав и его люди наткнулись на нескольких мексиканцев в каньоне Панoче (в 50 милях от Монтеррея). Дальнейшие события описывает Лав, (фрагмент из письма губернатору Биглеру от 4 августа 1853 года): «Хоакина мы узнали сразу. Он, увидев нас, вскочил на лошадь и поскакал. После недолгой погони нам удалось убить его лошадь и ранить его, но он продолжил убегать уже пешком. Во время погони мы убили несколько бандитов, остальных ранили, некоторых — тяжело. Тем не менее, они продолжали отстреливаться. Когда мы настигли Хоакина, то немедленно его казнили. Вместе с ним был казнен и его главный сообщник. Я послал капитана Бёрнса и Джона Сильвестра в Форт Миллер (ближайшие поселение) с фрагментами тел, чтобы заспиртовать их».

Законодательное собрание штата удовлетворили предоставленные Лавом доказательства, и оно доплатило ему к обещанной тысяче еще пять тысяч долларов.

Голова и рука остались в полном владении Лава, тот сделал из них аттракцион и гастролировал с ним по всей Калифорнии. Лав составил список из семнадцати людей, которые видели Хоакина Мурьету и подтвердили подлинность экспонатов, и попросил их подписать показания под присягой. Подписались все семнадцать, включая одного священника.

Но были и те, которые сомневались в их подлинности. Вот что писал об этом редактор «Alta Californiа»: «Чтение различных отчетов о захвате и обезглавливании „печально знаменитого Хоакина Мурьеты“ доставляет немалое развлечение нашим гражданам. Вздор этих отчетов настолько очевиден, что остается удивляться, как разумный человек может верить подобным заявлениям. Несколько недель назад группа калифорнийцев и мексиканцев отправилась на охоту за мустангами. Трое из группы возвратились и сообщили, что они были атакованы отрядом американцев и потеряли четырех человек. Одним из убитых был Хоакин Валенсуела. Его голова была отрезана нападавшими и взята в качестве трофея. Известно, что Хоакин Мурьета не был человеком, убитым отрядом капитана Гарри Лава в проходе Паноче. Голова, недавно показанная в Стоктоне, не имеет ничего общего с тем бандитом. В этом убеждены все, кто видел реального Мурьету и поддельную голову». Отрицала принадлежность головы своему брату и девушка, которая выдавала себя за кузину Мурьеты. Два плененных бандита, которые могли бы опознать голову, погибли — один таинственным образом утонул в реке, другой был линчеван в Мартинезе толпой разъяренных мексиканцев.

Сам Гарри Лав не был уверен в своей правоте и никогда не вывозил свой трофей в округ Калаверас, поскольку там слишком много людей видели настоящего Хоакина Мурьету. Необычная выставка привлекала к себе толпы людей, но постепенно интерес к ней угас. Выставку выкупил некий мистер Крейгмайлс, надеясь заработать на ней во время гастролей по США, но его надежды не оправдались, и с 1881 года Голова и Рука были постоянными экспонатами в San Francisco Pacific Museum. Во время большого землетрясения в Сан-Франциско в 1906 году погибли многие экспонаты музея, среди прочих были Голова и Рука.

Настоящий Хоакин с награбленным золотом, вероятно, вернулся в Мексику. В 1991 году американский писатель Гэри МакКарти в своей книге «Gringo Amigо» написал, что прах Хоакина покоится на старом иезуитском кладбище в Кукупе, высоко в горах Сьерра-Мадре. Гарри Лав на вырученные деньги купил лесопилку в горах Санта-Круз, в 1858 году женился, но брак не принес ему счастья. Расставшись с женой, Лав спился и погиб в пьяной перестрелке в 1868 году.

comments powered by Disqus