Мюзикл Монте-Кристо — Мюзиклы в Москве — 2017
МЫ ЗНАЕМ О МЮЗИКЛАХ ВСЕ!

Монте-Кристо

2008

Закрытие 2015

Продюсерская компания Владимир Тартаковский, Алексей Болонин

Площадка Театр оперетты

Форма проката блочный

Музыка Роман Игнатьев

Либретто Юлий Ким

Режиссер Алина Чевик

Хореограф Ирина Корнеева

Декорации Вячеслав Окунев

Свет Глеб Фильштинский

В ролях Игорь Балалаев, Владимир Дыбский, Глеб Матвейчук, Максим Новиков, Антон Деров, Александр Голубев, Денис Дэмкив, Александр Постоленко, Лика Рулла, Людмила Светлова, Оксана Костецкая, Александр Бабенко, Владислав Кирюхин, Валерия Ланская, Ольга Беляева, Аглая Шиловская, Александр Маракулин, Андрей Белявский, Вадим Мичман, Андрей Александрин, Станислав Беляев, Анна Гученкова, Анастасия Гончар, Александр Маркелов, Вячеслав Шляхтов, Карине Асирян, Диана Савельева, Анна Верхшкова и др.

Продолжительность 2.10

Количество показов 545

Статус 1 октября 2008 — 2015

Адрес Москва, ул. Б. Дмитровка, 6

Ближайшая станция метро Театральная, Охотный ряд

Стоимость билетов (руб) 300—4000

Телефон заказа +7 (495) 925 50 50

Расписание касс ежедевно с 10:30 до 21:00

Официальный сайт www.alexanderduma.ru

О мюзикле

По ложному доносу и трагической случайности молодой капитан Эдмон Дантес прямо с собственной свадьбы попадает в мрачные подземелья замка Иф. Уверенная, что ее жених погиб в тюрьме, его невеста Мерседес выходит замуж за Фернана, друга Эдмона, по доносу которого капитан был задержан. В заточении Эдмон знакомится с  аббатом Фариа, который перед смертью открывает ему тайну несметных сокровищ, зарытых на острове Монте-Кристо. Подменив собой тело старца, Дантес бежит из заточения, чтобы явить миру графа Монте-Кристо, взявшего на себя миссию карающего меча божественного правосудия. Парижское общество взбудоражено: таинственный граф Монте-Кристо дает бал-маскарад. «Сенсации, сенсации!» — требует публика. И одна за другой с приглашенных начинают падать маски…

Авторы мюзикла «Монте-Кристо» вольно обошлись с первоисточником, ужав сюжетную линию романа Дюма до 30-ти номеров и избавившись больше чем от половины персонажей, смешав и время действия романа, и связи между действующими лицами. Впрочем, финал спектакля также существенно отличается от книжного варианта.

Отзывы критиков

Дмитрий Морозов, «Культура»

<...> О романе надо забыть еще до начала представления. Потому что сделанное с ним можно уподобить превращению ветвистого дерева в телеграфный столб, по которому для верности еще и проехались асфальтовым катком. <...>

<...>По существу, перед нами — набор отдельных номеров, связанных между собой лишь краткими репликами Бертуччо, коему доверена функция комментатора. Особенно странно и неловко видеть при этом в программке имя Юлия Кима в качестве автора либретто и, соответственно, всех стихотворных текстов, иные из которых грешат подчас весьма сомнительным вкусом.

Музыка молодого и явно небесталанного Романа Игнатьева менее всего грешит оригинальностью и свежими идеями. Здесь есть отдельные вполне удачные номера — скорее, впрочем, хоровые, нежели сольные <...> Разумеется, говорить о сквозной музыкальной драматургии едва ли приходится, <...>весьма затруднительно отыскать какой-то один номер, который мог бы стать шлягером.

<...> Режиссерская работа Алины Чевик не выдерживает критики, с какой стороны ни посмотреть. <...> В результате главной фигурой в этой постановке стал художник по свету Глеб Фильштинский, затмив даже сценографию Вячеслава Окунева.

Наталья Зимянина, «Новая газета»

Красивая суета породистых юношей и девушек, так и готовых прыгнуть со сцены в какой-нибудь телесериал, — все это видено уже столько раз и так перемешалось в голове, что совершенно разные мюзиклы и сами кажутся очередными частями бесконечного сериала, за сквозной линией которого трудно уследить.

<...>Обещанный экран в 90 кв. м — явно прозябает. Он эффектен лишь однажды — в сцене, когда Дантес, сброшенный со стен замка Иф, всплывает со дна морского.

Общее разочарование знатоков — музыка Романа Игнатьева. Она не только не плод вдохновения, но имитация европейского (в нашем понимании) формата во всем его глуповатом павлиньем разнообразии. Самый запоминающийся номер — песня подкидыша-воришки Бенедетто «Папа, мама, у меня на сердце рана». Не знаю, Кима ли слова, но ушам поверить трудно <...>.

Анна Галайда, «Ведомости»

Взяв в художники Вячеслава Окунева, постановщики получили его фирменный стиль: блестящие золотом конструкции, имитирующие купольность дворцово-театрального поднебесья, апробированные уже в десятках других постановок, под парчу и бархат стилизованные длиннополые платья и колеты, в которые одеты эйфмановские балеты. На этого хореографа ориентировались Ирина Корнеева и Влад Ромеро в своих танцах, начиненных узнаваемыми силовыми поддержками — с пола на уровень плеч партнеров, бросками партнерши с рук двух танцовщиков и рисунком «насекомой» ломаной пластики.

Художник по свету Глеб Фильштинский <...> придал довольно монотонному зрелищу (режиссер — Алина Чевик) гламурности <...> Тексты мэтра Юлия Кима просты, как митинговые речевки, и идеально соответствуют музыке молодого Романа Игнатьева, которого, вероятно, растили на советской диете «Песен года».

Совместными усилиями из романа Дюма, и без того не блещущего глубиной, они отжали три тонны любви — сюжет с одышкой переваливается от одной лирической арии к другой, за которыми тут же следует дуэт. Баритоны, тенора и сопрано с одинаковым усердием упражняются в излиянии чувств, но музыкально все их эмоции — на одно лицо.

Майя Одина, «Газета.Ру»

Мания величия создателей «Монте-Кристо» явно зашкалила. Кроме похвал самим себе, они, не мешкая и не дожидаясь никаких откликов, вписали свой спектакль в «самые выдающиеся мировые постановки». Виртуозно, как только он один в русском театре умеет, Фильштинский то разливал над сценой туман марсельского утра, то воссоздавал гниль замка Иф, то нагнетал тяжесть парижского ампира <...>. Первый акт был сценографически очень хорош. Во втором туман Фильштинского рассеялся. На первый план вышло банальное и скучное либретто, однообразные и бессмысленные па кордебалета, поставленные по принципу — должно же что-то происходить на сцене, пока солисты поют, столь же бессмысленные костюмы и, собственно, сами солисты, из которых более или менее ярким был только исполнитель партии доносчика Фернана (Максим Новиков).

<...>Роман Александра Дюма, вся прелесть которого в подробностях, нюансах, тончайших нитях, опутывающих всех персонажей, совершенно очевидно не хотел утрамбовываться в арии, дуэты, хоры, танцы и паркур. Либреттисту Юлию Киму пришлось сделать это насильно. Прием был выбран самый заурядный <...>. Явился рассказчик, бывший контрабандист Бертуччо, который по-быстрому, но не без елея в голосе, сообщал публике оставшиеся за рамками пения сюжетные перипетии.<...>

Что касается музыки «Монте-Кристо», то она мелодична и на слух приятна, но неярка и забывается сразу, как отзвучала. Из всех мелодий запомнить и напеть, выходя из театра, пожалуй, можно только одну — шокирующую своей пошлостью арию брошенного прокурорского сына Бенедетто, с кривляньем пропетую Андреем Александриным.

Вера Величко, «Литературная газета»

Нельзя не отметить, в общем-то, удачную, несмотря на кое-какие заимствования из зарубежных мюзиклов, сценографию Вячеслава Окунева. Нередко динамика декораций как бы маскирует статику, находящихся на их фоне артистов. <...>

Паре Эдмон (Игорь Балалаев) — Мерседес (Валерия Ланская) явно не хватало эмоционального взаимодействия. Вообще образы главных героев требуют более глубокой проработки. Если Эдмон хоть как-то эволюционирует: от пылкого влюбленного юноши-моряка до холодного и беспощадного мстителя графа, то у Мерседес изменения происходят лишь на внешнем, но никак не на внутреннем уровне. Нельзя не отметить Александра Бабенко в образе Бошана. В мюзикле (да и в романе) этому герою отведена довольно скромная роль. Однако артист приковывает к себе зрительское внимание не только своей прекрасной пластикой, но и внутренней наполненностью образа.

<...>Вокальный уровень солистов вполне соответствовал этому жанру и довольно ровен. Единственно, хочется выделить Карине Асирян (Гайде), чей номер отличался яркостью, а вокал выделялся на фоне остальных участников представления.

Сам же музыкальный материал, увы, оставляет желать лучшего.<...> Зато вполне добротно написано либретто.<...>

<...> Хороша световая партитура спектакля, за что надо сказать спасибо Глебу Фильштинскому.

В целом «Монте-Кристо» — зрелищное представление, которое стоит посмотреть хотя бы ради того, чтобы «поддержать отечественного производителя».

Марина Шимадина, «Коммерсант»

Спектакль Театра оперетты сделан на вполне достойном уровне, и его не стыдно поставить рядом с французскими предшественниками. <...> Музыка, декорации, костюмы, сама постановка — все продолжает традиции «Нотр-Дама» и «Ромео и Джульетты», так что искушенный зритель может развлекаться на спектакле игрой «найди десять отличий».

Оперный художник Вячеслав Окунев придумал отличные функциональные декорации<...>, потрясающая световая партитура, сочинена одним из наших лучших театральных художников по свету Глебом Фильштинским. Единственный прокол визуального ряда — плазменный экран, который не отрабатывает в спектакле и трети своей стоимости. Постановщики пользуются им как фотообоями<...>.

Еще одна удача постановки — это балетная группа. Все второе действие мюзикла происходит на балу у графа Монте-Кристо, и небанальная, интересная хореография Ирины Корнеевой в исполнении энергичного слаженного ансамбля, изображающего жадную до сенсаций и разоблачений публику, задает тон этой мрачной вечеринке.

<...>Игорь Балалаев, известный по своим характерным ролям (Киса Воробьянинов в «Двенадцати стульях», старый кот Гус в мюзикле «Cats»), неожиданно предстал в образе драматического героя, убедительно сыграв перерождение прекраснодушного и наивного Эдмона Дантеса во всемогущего, но внутренне опустошенного графа-мстителя.

<...>На роль Мерседес постановщики назначили двух начинающих в этом жанре актрис, известных публике больше по сериалам,— Валерию Ланскую и Анастасию Макееву. Первая из них пока не вполне справляется со своей партией, но опыт показывает, что в мюзиклах ежедневного показа (а «Монте-Кристо» собираются прокатывать блоками по две недели в месяц) актеры имеют большую фору для роста, и, возможно, со временем молодые исполнительницы смогут подтянуться до общего уровня труппы.

Екатерина Кретова, «Московский комсомолец»

<...>В романе слишком много сюжетных линий, которые в рамки музыкального спектакля просто не втиснуть. А потому создатели мюзикла воскликнули: «Резать к чертовой матери!» — и... отрезали почти все. Двухтомный роман свелся к краткой истории <...> Добавлено кое-что и от себя: нежная дружба сына Мерседес, Альбера (Александр Постоленко), и дочери Вильфора, Валентины (Анна Гученкова), а также душевная сцена обретения потерянного сына матерью (Людмила Светлова), заимствованная то ли из передачи «Жди меня», то ли из пьесы Островского «Без вины виноватые». Впрочем, для мюзикла этого вполне довольно: есть любовь, интрига, преступление и наказание.

<...>Почти каждый номер выражает одно состояние героя: любовь, тоску, гнев, отчаяние. Увы, ни один из этих номеров не потянул на хит, который, хоть убей, должен быть в традиционном мюзикле.<...> Увы, ни один из этих номеров не потянул на хит <...>. Автора никак не упрекнешь в плагиате — ухо не ловит яркой мелодической интонации, но зато и не фиксирует заимствований, коими так часто балуются авторы театральной музыки. Поп-роковая фонограмма с преобладанием синтезаторного саунда, сдобренных пропилами электрогитары, звучит вполне «современно» и не без драйва.

comments powered by Disqus